February 26th, 2012

Сколько можно бастовать...

У папы катаракта на обоих глазах. На одном пока маленькая, а вот вторым он почти ничего не видит. Получив страховку, папа первым делом пошел к окулисту, и его направили на операцию. Выбрали больницу в Наhарии. Сдали анализы, съездили на первичное обследование, потом на предоперационную проверку. Операция была назначена на 17 января. А тут вдруг возникла опасность не успеть продлить визу вовремя. Мы очень боялись, что операция придется на несколько "безвизовых" дней, и нас заставят потом ее оплачивать. Проконсультировались со знающими людьми, нам сказали, что такая ситуация возможна, и хотя скорей всего страховая в конце концов оплатит операцию, это может стоить кучи сил и нервов. Мы испугались и решили операцию перенести. Тем более, что папа тогда сильно кашлял, и семейный врач тоже рекомендовала не спешить с операцией.

В общем, новую дату операции нам назначили аж на 27 февраля. 26-го, то есть сегодня, надо было явиться в 7 часов вечера - видимо, чтобы с утра пораньше соперировали. Я еще порадовалась, какая забота о пожилом человеке, можно спокойно провести ночь в больнице, все спокойно, давление не будет прыгать. Накануне спала плохо, всю ночь снились сны, связанные с папиной операцией. Все-таки глаза, страшновато как-то... Кроме того, нас несколько беспокоили папины анализы и кардиограмма: они были в порядке, но уже весьма устарели из-за сдвига даты. Между тем нас предупреждали, что кардиограмма должна быть свежей. Так что мы даже немного боялись, что нас завернут из-за старых анализов.

Тем не менее сегодня около пяти двинули в больницу. Я решила ехать с пересадкой, через Акко. Все-таки дорого такси заказывать, тем более, что после операции такси вполне может понадобиться. И вот сели в автобус, едем. Вдруг звонит телефон. Женский голос на русском языке спрашивает: "У Ивана назначена операция?" Я: "Да, мы вот как раз уже едем в больницу". "Так вот, не надо ехать!" - отвечает мне дама. Оказывается, в больнице забастовка. Надо возвращаться домой и слушать новости. Если завтра утром забастовка закончится - приезжать на операцию. Если нет - снова звонить в больницу и заказывать очередь. Говорят, что если операция перенесена из-за забастовки, ждать приходится недолго.

Сказать, что мы были в шоке - значит, не сказать ничего. Как так?! Ведь мы уже едем!! А главное, я сегодня весь день посматривала новости в Интернете, и там было только про забастовку портовых работников. Вообще, этой зимой количество забастовок в Израиле просто зашкаливает. Вначале бастовали врачи и медсестры. Потом с ними договорились, но забастовку продолжили ординаторы. Недавно была забастовка госслужащих (ну, это вообще кранты). Время от времени начинают бастовать железнодорожники. Вот и портовые работники тоже туда же. С одной стороны, забастовки - средство мощное, и работникам обычно удается добиться уступок от государства. С другой - иногда бастующие явно наглеют (как сейчас железнодорожники), а население страдает.

В общем, выяснилось, что снова бастуют медсестры. Объявили 24-часовую предупредительную бастовку. Протестуют против перегруженности отделений. Кажется, им обещали, что загрузка будет не более 115% - а сейчас она порой доходит до 150%. В общем, все правильно, по идее, но очень обидно, что папина операция пришлась именно на этот день. И мы ведь уже не выскочим на дороге в чистом поле - кто его знает, где ближайшая остановка в обратную сторону. Так что пришлось ехать до Акко, а там, спустя 10 минут, возвращаться обратно тем же автобусом. 2 часа катались до Акко и обратно! Потому что автобус объезжает весь Кармиэль, потом заворачивает в большую арабскую деревню, доехав до Акко, тоже долго кружит по городу. В общем, папа вернулся чуть живой и почти сразу лег спать. Ведь завтра с утра надо быть готовыми ко всему. Хотя что-то я сомневаюсь, что завтра его будут оперировать...

P.S. С 7 утра папа слушал новости по телевизору. Нигде никакой информации. Я стала звонить по всем телефонам. Везде автоответчики. Нашла в Интернете телефон глазного отделения. Мужской голос ответил, что ничего не знает и сейчас переключит меня на сестер, но там трубку никто не взял. В Интернете на одном из новостных сайтов светилась скромная новость, что медсестры с врачами не договорились, и "возможна отмена плановых операций". Я повела Ахиллеса в садик, и тут мне звонят из центрального справочного, где я в отчаянии оставила свое сообщение. Переводят на глазное отделение. Я спрашиваю: "У моего отца на сегодня назначена операция, будут сегодня оперировать?" - "Нет!" - хорошо поставленным голосом отвечает мне медработница. - "А что делать?" - "Заказывать новую очередь". Возвращаюсь домой и начинаю безуспешно звонить. Телефон все время занят. Наконец, удается соединиться. И вновь, как и раньше, мне говорят, что пришлют всю информацию по почте, а пока даже сказать не могут, на сколько будет сдвинута операция. Я начинаю мямлить, как же так, у нас ведь анализы уже давние. "Ну, сделайте новые анализы", - равнодушно отвечает мне тетенька. Значит, еще надо будет тащиться к сеvейному врачу, на анализы, на ЭКГ. А папа между тем видит все хуже и хуже...

Полдевятого, наконец, на всех новостных сайтах появилась информация об этой забастовке. А мои близкие хором сказали, что надо было ругаться и требовать своих прав. Не знаю, моего иврита на ругань не хватает. Да и бесполезно это все, по-моему. Остается ждать и надеяться.